Марина Казанцева - Перекрёстки времени[СИ]

- Твой дракон ждёт тебя, отправляйся в дорогу, Румистэль. Я знаю, что мне делать.

- Ты знаешь как спасти наших девочек от гибели?!

- Да, я знаю средство обмануть твой рок, - твёрдо ответила она, - Насильственная смерть от людей - вот что я видела в Чаше Предсказаний. Я укрою наших дочерей, и у людей не будет возможности приблизиться к ним.

- А разве здесь, в твоих майских садах, они не в безопасности? Подходы сюда охраняются лесными и горными обитателями, и нет пути сюда человеку.

- Увы, ты ошибаешься, - ответила она, - сюда нет ходу человеку, но кто удержит юных девушек от того, чтобы воспрепятствовать им покинуть материнское гнездо? Сорок лет надо ждать, чтобы миновал срок опасности - неужели они утерпят! Подальше от людей и той заразы суетливости и беспокойства, которую они несут и которой заражён и ты, мой Румистэль. На некоторое время нам придётся расстаться, за это время минует полоса опасности, ибо рок есть лишь время несовершенства. Но я знаю место, где они будут укрыты от человеческой злобы. Это дворец Рагноу.

- В подземном мире? - изумился он, представив каково же будет там близняшкам - в обществе малоразговорчивого Грифона и пустынных, хоть и роскошных зал. Непроглядная темень за окнами великолепного дворца будет тридцать пять лет печалить их сердца и напоминать о покинутой весне.

- Я не отправлю их туда сейчас же, - успокоила его Нияналь, - надо подготовить девочек к новой жизни, научить их читать наши книги и петь наши песни. Обещанная гибель настигнет их не скоро, и у нас ещё есть время. Иди, Румистэль, тебя ждут твои дела. Я извещу тебя, когда настанет время.

Когда прощался он с Нияналью, то посетило его странное чувство: как будто она с ним уже давно простилась и только делает вид, что ждёт его.

Едва белый дракон с седоком и грузом растворился в небе, Нияналь сказала кратко своим служанкам:

- Собираемся.

Если девочки поселятся в Рагноу, то нельзя там оставлять кристаллы - всё опасное должно быть убрано из дворца. Также следует вывести оттуда Юги Джакаджу, потому что он человек. И вообще, в этом времени Румистэлю заказан путь в подземный мир, потому что по тону невысказанных слов Ниянали он понял, что она именно с ним связывает причину рока - он слишком много имеет дел с людьми.

Так думал он, направляясь к эльфийскому холму на своем драконе и прикидывая как лучше исполнить свой план. Нельзя выйти из дворца в будущее с двумя сундуками в руках и Джакаджей за плечами - он знает, что хитрый Юги ищет возможность приобрести кристалл. Единственный разумный выход: сложить весь груз на необитаемом Рауфнерене, который ещё не один век вместе со всем подземным миром будет пребывать в холоде, близком к космическому, и только неразрушимый Рагноу, охраняемый верным Грифоном, будет единственным светом в этом обледеневшем мире. И эти два сундука дождутся его в будущем, ибо никто из людей не в силах преодолеть преграды Рауфнерена. Ему следует вернуться в будущее и оттуда продолжить сбор кристаллов.

В ледяном мраке подземного мира зажглась высоко под невидимым куполом яркая звезда, от неё отделился сноп света и направился вниз - к высокой башне дворца Рагноу.

В тронном зале, закрытом для посещений, вместе со своей кладью высадился Румистэль и кликнул Грифона.

- Как наш больной? - спросил он слугу.

- Давно проснулся и ждёт тебя, - ответил тот.

Да, он задержался - думал слетать в Дивояр и обратно, но по пути залетел в весеннюю долину. И вовремя, а то ничего бы не узнал.

- Грифон, готовься донести меня на Рауфнерен, - сказал он слуге, обводя себя волшебной иголкой по рукам, плечам, груди. Серебристое сияние занялось на его теле и быстро охватило его, сомкнувшись вокруг его тела непроницаемой бронёй, которой не страшен никакой холод и никакой огонь.

Холодные сухие скалы Рауфнерена осветились белыми огнями, которые послал вперёд себя Румистэль. Открылась безрадостная картина разрушений, оставленных тут после Гедрикса: на вершине горы лежали обломки каменного обиталища, в котором должен находиться Великий Кристалл. Недолго думая, начал Румистэль собирать раскиданные камни и складывать их друг на друга - хоть и глупо это, а как-то не хотелось ему оставлять сундуки без укрытия. Камень повиновался ему, и по мановению рук Говорящего-С-Камнем разрозненные глыбы подбирались по форме и размерам, и вскоре сложилось вполне сносное убежище. Сюда он поместил все четыре клада, собранные его предшественниками: круглый каменный шар, который остался тут после посещения Дерн-Хорасада, сундук от Финиста, ларец от Елисея и ящик от Гедрикса - осталось собрать совсем немного. Когда вернётся он в будущее, то найдёт эти сокровища на этом же острове - время переправит их гораздо надёжнее, нежели сделает это он сам.

- Грифон, слушай мой приказ: никогда и ни под каким предлогом не допускай на остров Рауфнерен моих дочерей! - настрого задал он приказ слуге, зная, что этот запрет тот не нарушит во веки.

Он обошёл все помещения дворца, ища, не оставил ли тут какого напоминания о себе, и подумалось ему печально: как будут жить тут его девочки в этом угнетающем молчании и пустоте?

- Хозяин, тут много есть чего для твоих дочерей, - невозмутимо ответил Грифон, когда Румистэль задал ему этот вопрос, - есть биоформы, специально созданные для игр и обучения. Я могу задать им любую программу.

И он показал хозяину хранилище зародышей, из которых можно вырастить любое существо. Здесь можно было видеть в голографических картинках множество удивительных существ, которые вырастают из яиц, хранящихся при температуре наружного холода в практически вечном состоянии - от великолепных гигантских горных орлов до крохотных домашних мартышек. Узнал Румистэль и то, что сам Грифон не вечен, а есть сменяемая череда биомеханизмов, в которое вложена память всех предыдущих поколений. И что он сам способен продолжать себя в любой жизнеспособной среде - грифон сносит яйцо, из которого потом вырастает новый биомеханизм.

Проверил Румистэль надёжность выхода в глубокие пещеры проходящие под горами Кентувиора и перекрыл проход надёжной стеной из хрусталя. Проверил исправность регенерационной камеры, где неделю назад лежал Джакаджа. В случае ранения и даже смерти эта прозрачная ванна спасет жизнь близняшкам.

- Джакаджа, не хочешь ли отправиться со мной на поиски кристаллов? - спросил он у своего спутника.

Ещё бы не хотел!

Его приятель так и не узнал, что снова побывал в прошлом.

На небольшом каменистом островке, отделённом от большой суши водными просторами, среди неприхотливой северной растительности и множества птичьих гнёзд скрывалась глубоко в скале теплая пещерка. Горячие источники подогравали землю и делали пребывание на этом острове довольно сносным, даже несмотря на холодные ветра, постоянно дующие с моря. В этой пещерке обитал некий господин довольно хлипкого вида. С утра он отправлялся на сбор птичьих яиц, иногда при помощи нехитрого инвентаря ему удавалось подловить и птицу. Тогда он возвращался с хорошей добычей и разводил небольшой костерок, в котором горели жёсткие деревянистые стебли многолетних растений, которых хватало на островке. Но прогорали они быстро, хотя и давали много жара - в костерке человек умудрялся испечь птицу. Но большей частью он предпочитал варить яйца в горячем источнике, припахивающем серой. Наевшись, он выходил на берег островка, садился на камень, закутавшись в чёрное пальто, поверх накидывал тёплую женскую шаль и молча смотрел в море, как будто что-то ждал. Через несколько часов, так никого и не дождавшись, он покидал свой наблюдательный пункт и отправлялся на сбор сухих стеблей для костра и травы для своей постели.